Спираль истории, серпантины дорог, ч.4

  Мне понадобилось несколько месяцев на сбор материала и его осмысление. Даже больше: посмотрела некоторые даты – оказывается, я начала собирать материалы в мае 2015-го! Почти уже год, как я погрузилась в эту тему.

 

Теперь я изучила родину предков настолько, что скоро буду, как отец, приводить примеры из её жизни, начиная словами: «А вот у нас в Глиновке…», но мне не хватает хороших фотографий для рассказов о ней. Хочется взять большой отпуск и поехать туда на съёмку.

  Прошедшим летом немного отвлеклась от исторической темы, занимаясь теплицей. Но всё равно тема не отошла на задний план. И, падая вечером спать, лепетала сквозь сон «папа, Лепсинск, Глиновка»… во сне являлись образы родных людей, бурлили потоки белых рек и возникали очертания синих гор. Могла среди ночи вдруг проснуться и воскликнуть: «Так это же 53-й год!» И так же ночью всплывали подсказки – деталями, которые трудно заметить наяву, ибо отвлекают дела насущные.

 

Потери и пробелы в истории

Сорок семь лет прошло со времени моего последнего общения с родственниками отца – в 1969 году. После его ухода в 1973 оборвались все связи, в архивах отца не оказалось никаких адресов и фамилий. Адреса капчагайских родственников также были утеряны из-за моих постоянных разъездов и смены места жительства. Стыдно признаться в своём небрежении, но однажды в 70-х в автобусе у меня украли из заплечной сумки косметичку, в которой была моя записная книжка со всеми адресами и телефонами. В 80-х годах я бывала в Алма-Ате по делам фотоклуба, пыталась найти единственный адрес, который помню – ул. Красина, 20, но того дома уже не было, снесли и заново застроили то место. Не стало нашего семейного летописца – Ефросиньи Казаковой, которая жила по этому адресу.

 

Фотографии, оставшиеся от отца, я хранила все эти годы, отдельно от всех моих других фоток. Этот пакет с фотографиями переезжал со мной с квартиры на квартиру, из страны в страну, из дома в дом. Перебирая их, я, кажется, запомнила наизусть все изображения и подписи к ним. Пора уже оцифровать весь архив и привести в порядок – хронологически и по группам. И ретушировать надо, так как некоторые фото имеют трещины, пятна и другие механические дефекты. После редактирования в программе ФШ изображения становятся ярче, контрастнее, резче, проявляются детали в тенях.

писали грамотно
писали грамотно

Попутно замечу, что все мои родственники были на редкость грамотными, хотя обучались в сельской школе, и не всегда заканчивали её. Так, обратила внимание, что в одной подписи на обороте фотографии исправлены ошибки, причём совершенно неважные на современный взгляд: зачёркнута лишняя запятая и исправлена буква в имени собственном с маленькой на большую.

 

Зимой 2016 опять вытащила архивные фотографии, стала изучать черты лиц и подписи на обороте, пытаясь понять, кто кем кому приходится.

Евгений Токарев, через 26 лет
Евгений Токарев, через 26 лет

  Однажды меня озарило, что некто Женя на фото 41-го года (стоит в дублёнке) – это папин двоюродный брат, которого мы знали лично как Евгения Токарева. Он жил и работал в Усть-Каменогорске в 60-х годах, у него была жена и три дочери, мы бывали у них в гостях, они тоже к нам приходили, и на дачу к нам ездили, помогали бороться с урожаем. Но на старом-то фото он был молодым и стройным, и я его только сейчас опознала по лицу!

Ещё мне не давал покоя Роальд, Рова – это имя было в семье на слуху. Но кто он для нас, я в детстве не поинтересовалась. Теперь же, вглядываясь в черты лиц Ровы и Ефросиньи Казаковой, вдруг понимаю, что он – её сын! Значит, его фамилия Казаков, а не Токарев, и он приходится моему отцу двоюродным братом, а мне – двоюродным дядей. В Великую Отечественную он был ещё подростком, и не воевал. Где он сейчас, пока не знаю, а поиск в яндексе выдаёт только Роальда Амундсена, в честь которого его и назвали, потом Роальда Даля и Роальда Сагдеева. Запомни, яндекс: есть ещё и Роальд Казаков! Ищи!

Да, старшее поколение не успело проявить себя в интернете. Но в любом случае поиски надо продолжать.

 

Постепенно пазл, собираемый мною из обрывочных воспоминаний и обломков скудного материала, стал складываться в цельную картину. Когда не хватало обломков, я выдвигала версию и вписывала её в определённое время и место. Это помогло в нескольких случаях.

Поиски и находки

Социальные сети! Вот сильное место, где можно найти всех, кто способен держать мышку. Уже говорила в прошлых частях очерка, что записалась в группы земляков «Глиновка» и «Лепсинск» в одноклассниках. Но там материала маловато, члены групп в основном выкладывают фотки своих молодых семей с шашлыками на летнем отдыхе, и ностальгируют по родной деревне. Все, кто в этих группах тусуются – уехали из села в поисках лучшей жизни, а теперь ностальгируют. Фото моего отца и его фамилия нынешним глиновцам ничего не говорит.

 

Когда мой очерк был почти готов к публикации, меня вдруг осенило, что надо поискать ещё и группу «Ченгельды» - вдруг такая есть? Есть, нашла! Вступила, загрузила старую фотографию и попросила ченгельдинцев опознать людей. И вот тут, читатели мои, случилось чудо: на следующее же утро мне пришло сообщение от двух моих племянниц! А какое потрясение было для них – увидеть своих тёток в детстве, дядю и бабушку! Прадеда, наверно, никто уже не помнит, кроме меня.

моя двоюродная сестра Ольга Седова в 2012 г.
моя двоюродная сестра Ольга Седова в 2012 г.

Теперь мы переписываемся с найденными племянницами, обмениваемся фотками из архива, вспоминаем какие-то рассказы бабушек. Их мать (моя сестра) умерла не так давно. Мне сказали, что мы с ней похожи. Да, глядя на её фото в возрасте, я понимаю, что сейчас мы действительно похожи. Но в детстве были очень разные! А я была похожа всегда на бабушку найденных племянниц.

 

Кстати, племянница, прочитав мой очерк, сразу выслала мне фото, на котором сохранилась вся группа.

на этом экземпляре все лица есть
на этом экземпляре все лица есть

  Две другие мои сестры живы, обе в Алтайском крае, мне сразу написали их телефоны. Братьев ни одного уже нет, но есть их дети, и дети сестёр - все в разных уголках бывшего Советского Союза. Среди них есть и украинцы, и белорусы, и казахи. Почти вся большая семья присутствует в одноклассниках, кроме моих сестёр – с компьютером, увы, не подружились. Общаться будем с помощью бумажных писем и телефона.

Итак, нашлись две сестры, четыре племянника и три племянницы. Имена, адреса и фото здесь не публикую, они только для семейного круга и семейных же архивов. Поверьте на слово: все они красавцы, все они таланты!

Очерк свой об истории семьи на этом заканчиваю. Я нашла тех, кого искала почти полвека. Составила родословную, начиная с прародителей. Уточнила даты жизни, места проживания. Стоит ещё съездить в Лепсинск, потом в районный архив - найти метрические книги первой половины двадцатого века. Помогут и в Глиновке – в сельсовете в похозяйственных книгах должны сохраниться сведения о местоположении дома моего деда Павла Яковлевича Борзых. Даже если дом не сохранился, хоть землю потрогать, воды испить из ключа, и увидеть мир с этого места.

 

Следующие поколения пусть составляют свои родословные, пока не забыли своих предков и свои корни.


Родина предков

А мои корни – в Джунгарском Алатау. Я нашла не только родственников, но и родину предков: город Лепсинск и деревню Глиновку.

 

Вот несколько фотографий о Лепсинске – городке, в котором родился мой отец. Фотограф Токтарбек Рахимов – из группы «Лепсинск» в «одноклассниках».

кочевая печка
кочевая печка

Эпилог этой истории здесь.


Оставить комментарий

Комментарии: 0